Центр гендерных исследований при ИПФ ПГНИУ

Цель центра – изучение основных направлений гендерных исследований, а также широкого спектра проблем, связанных с историко-культурными и социально-политическими аспектами взаимоотношения полов, политизацией сексуальности и положением субординативных сообществ в различных общественно-политических процессах мира, России и Пермского края.

Игорь Кон «Мужское здоровье и проблемы сексуальности»

Доклад на Всероссийской научной конференции «Мужское здоровье».
(Минздрав РФ, НИИ урологии РАМН, Всероссийское общество урологов) Москва, 19-21 ноября 2003.

Мудрость дедов сидела в моей голове:
мы рождены для наслаждения трудом,
дракой, любовью, мы рождены для этого и
ни для чего другого.
Исаак Бабель.

Мужское здоровье – глобальная проблема, которая не сводится к репродуктивным и сексуальным дисфункциям. Различия в структуре мужской и женской заболеваемости, смертности и продолжительности жизни коренятся в фундаментальных биологических закономерностях, но имеют и вполне определенные социальные причины. Отмеченное во многих индустриально развитых странах, начиная с 1930-х годов, ухудшение качества спермы, сопровождаемое снижением мужской фертильности (в прошлом вину за бесплодие автоматически возлагали на женщин) и ростом таких заболеваний, как рак яичек; риск которого у мужчин от 15 до 45 лет за последние 20 лет удвоился, ученые связывают с неблагоприятной экологией.

В России проблемы мужского здоровья стоят особенно остро. Мужская сверхсмертность (продолжительность жизни женщин у нас превышает мужскую на 13 лет), угрожающая физическому выживанию нации, объясняется не только пьянством и участием мужчин в агрессивных действиях, но и особенностями традиционной российской ментальности (нечувствительность к факторам социального и личного риска и угрозы смерти, связанная с такими культурно-историческими диспозициями как фатализм, социальный мазохизм и выученная беспомощность), а также повышенной чувствительностью мужчин к макроэкономическому стрессу, в результате их большей вовлеченности в политическую и экономическую сферу, где разочарование и чувство потери контроля над собственной судьбой переживаются острее, чем в повседневном быту, которым заняты женщины (Неравенство и смертность в России, М. 2000) .

Важный аспект мужского образа жизни — сексуальная активность. В общественном сознании и особенно в самосознании самих мужчин, маскулинность и сексуальность — почти синонимы. «Настоящий мужчина» из стереотипа — прежде всего успешный самец, сила мужчины — его мужская сила, а его половая и гендерная идентичность неотделима от сексуальности. Вместе с тем мужчине приписывается разум и самообладание, включая контроль над собственной сексуальностью. Управление собственной эрекцией – базовая форма и прообраз всякого мужского самоконтроля (Кон, 2003). Любые расстройства сексуальной функции, даже вне связи с репродукцией и получением удовольствия, резко снижают мужское самоуважение и вызывают множество психологических трудностей, тем более, что говорить об этом мужчины стесняются.

Мужское сексуальное влечение по целому ряду параметров (частота сексуальных мыслей, фантазий и спонтанного возбуждения; желаемая частота секса; частота мастурбации; желаемое число сексуальных партнеров; предпочтение секса другим занятиям; активный поиск секса; готовность инициировать сексуальные действия; наслаждение разными типами сексуальных практик; готовность жертвовать ресурсами ради секса; положительное отношение к сексуальной активности и т.д.) выглядит сильнее, чем женское (Baumeister R. F., Catanese K. R., & Vohs K. D. 2001). Эволюционная биология объясняет это биологической функцией самцов: чтобы оплодотворить возможно больше самок, мужская сексуальность должна быть сильной и экстенсивной.

Подобно другим сферам жизни, мужская сексуальность больше подвержена крайностям. Независимо от среднего возраста сексуального дебюта, доля мужчин, начинающих сексуальную жизнь очень рано (в 15 лет и моложе), как правило, значительно больше, чем доля женщин ( в Дании, Исландии, Англии, Греции и Португалии таких мужчин около 25 %). Однако доля «ретардантов», вступающих в сексуальные отношения сравнительно поздно (старше 19 лет), среди мужчин также больше ( в Бельгии, Германии, Нидерландах, Норвегии и Швейцарии такие мужчины составляют 25 % ). (Bozon M. and Kontula K., 1998). Российские данные приблизительно такие же (Кон 2001). Это говорит о большом разнообразии мужских стилей сексуальной жизни с самого ее начала, что объясняется не только и не столько соционормативными представлениями (вроде того, что юноше стыдно быть девственником), сколько индивидуальными особенностями мужских сексуальных сценариев. Эти особенности с возрастом усиливаются. Качественно различен и характер мужских и женских сексуальных расстройств, особенно если речь идет о парафилиях.

Психосексуальные проблемы существуют и у вполне здоровых мужчин, причем взаимосвязь биологических (интраиндивидуальных) и социальных (интерактивных) факторов очень сложна. Это особенно ясно видно при изучении действия тестостерона (Mazur A. and Booth A. 1995).

Канадские психологи (Bogaert A.F., Fisher W.A, 1995) сопоставили уровень сексуальной активности 215 молодых мужчин (средний возраст 19.9 лет), включая число их сексуальных партнерш, с результатами психологического тестирования и количеством обнаруженного в их слюне тестостерона. Важнейшей психологической чертой молодых мужчин, ведущих интенсивную сексуальную жизнь и имеющих связи с большим количеством женщин, оказалась любовь к новизне и риску, с которой коррелируют гипермаскулинность, физическая привлекательность, эмоциональная раскованность и повышенный уровень тестостерона. Психологическая раскованность, от которой зависит сексуальное поведение этих молодых людей, — часть более общего синдрома, связанного с их психофизиологической конституцией.

Поскольку эти юноши сексуальнее других и полнее персонифицируют в себе традиционные ценности маскулинности (предприимчивость, смелость, раскованность, любовь к риску и т.д.), это дает им значительные преимущества перед сверстниками. По данным американского лонгитюдного исследования (Feldman S.S. et al, 1995), мальчики, которые пользовались наибольшей популярностью среди сверстников в 6 классе, не только сохранили свое лидирующее положение в старших классах, но и раньше других начали сексуальную жизнь и имели больше сексуальных партнерш. То есть девушки больше любят мальчиков, которые пользуются популярностью в мальчиковых группах.

Но – оборотная сторона медали! — именно эти юноши входят в определенные группы риска. Во-первых, они любят опасный, рискованный секс, что чревато заражением ВИЧ и ЗППП. Во-вторых, они склонны к сексуальной агрессивности, включая изнасилование (Dodge B., Reece M , Cole S.L., Sandfort T.G.M., 2003). Экспериментально доказано, что сексуальная агрессивность у юношей коррелирует с гипермаскулинностью и слабостью тормозных процессов (Estupinan-Kane L. A., Geer J. H. 2001). Кроме того, они сами, как и их друзья, на мнение которых они равняются, не привыкли к тому, что девушка может им отказать. В-третьих, они входят в группу риска по наркозависимости, для наркозависимых молодых людей также типична любовь к новизне и риску (Buzwell S. and Rosenthal D.,1996; Wills T.A., Windle M., Cleary S.D., 1998). «Лечить» этих юношей не нужно, но своевременная психодиагностика может помочь выработать эффективную стратегию индивидуального воспитания.

Взаимодействие гормональных и психосоциальных факторов проявляется и в соревновательном поведении, например, в спорте. Повышенная секреция тестостерона непосредственно перед состязанием делает атлета более способным к риску, улучшает его координацию, сосредоточенность и когнитивные процессы. При этом через 1-2 часа после соревнования уровень тестостерона у победителей остается выше, чем у побежденных. Это связано с повышенным настроением, состоянием экстаза и т.п. Как показали специальные исследования (Bernhardt P.C. 1997; Bernhardt P.C., Dabbs J.M., Fielden J.A. and Lutter C.D. 1998), эта закономерность распространяется и на болельщиков. Например, после футбольного чемпионата на Кубок мира 1994 года, когда бразильцы победили итальянцев, у обследованных бразильских болельщиков, смотревших матч по ТВ, уровень тестостерона повысился, а у итальянских – понизился. Это может иметь и социальные последствия. Некоторые фанаты победившей команды стараются разрядить свое возбуждение в агрессивных действиях. У фанатов побежденной команды тестостерон снижается, но переживаемая ими фрустрация также может вести к агрессии. Результаты всем хорошо известны.

Проблемы мужского здоровья, включая сексуальность, не сводятся к репродуктивным и сексуальным дисфункциям и не являются ни чисто медицинскими, ни только интра-индивидуальными. Они требуют междисциплинарного изучения, с учетом социокультурных и психологических данных. Отсутствие сексологии в системе российского высшего образования оборачивается серьезными социальными издержками, в том числе – для мужского и женского здоровья.
Литература

Кон И.С. 2001. Подростковая сексуальность на пороге ХХ1 века. М.: Феникс+

Кон И.С. 2003. Мужское тело в истории культуры. М.: Слово

Неравенство и смертность в России. 2000. Московский Центр Карнеги. Коллективная монография. Под ред. В.Школьникова, Е.Андреева и Т.Малевой. М.: Сигналъ

Baumeister, R. F., Catanese, K. R., & Vohs, K. D. 2001. Is there a gender difference in strength of sex drive? Theoretical views, conceptual distinctions, and a review of relevant evidence.// Personality and Social Psychology Review, vol. 5, pp. 242-273.

Bernhardt P.C. 1997. Influences of serotonin and testosterone in aggression and dominance: convergence with social psychology //Current Directions in Psychological Science, vol. 6, N 2, pp.45-48

Bernhardt P.C., Dabbs J.M., Fielden J.A. and Lutter C.D. 1998. Testosteron changes during vicarious experiences of winning and losing among fans in sporting events // Physiology and Behavior, vol.45, N 1, pp.59-62

Bogaert A.F., Fisher, W.A., 1995. Predictors of university men’s number of sexual partners // The Journal of Sex Research, vol.32, # 2, pp.119-130

Bozon M. and Kontula K. 1998. Sexual initiation and gender in Europe: a cross-cultural analysis of trends in the twentieth century // M. Hubert et al., (eds). Sexual Behaviour and HIV/AIDS in Europe: Comparisons of National Surveys. London: UCL Press

Buzwell S. and Rosenthal D., 1996. Constructing a sexual self: adolescents’ sexual self-perceptions and sexual risk-taking // Journal of Research on Adolescence, vol. 6, N 4, pp.489-513

Dodge B., Reece M., Cole S.L., and Sandfort T.G.M. 2003. Sexual compulsivity among heterosexual college students // International Academy of Sex Research. 25th annual meeting. Bloomington, Indiana, USA, June 23 – 26, 2003

Estupinan-Kane L. A., and Geer J. H. 2001. Variables related to sexual aggression in male college students // International Academy of Sex Research. 23 annual meeting. Montreal, Quebec, Canada, July 11-14, 2001

Feldman S.S., Rosenthal D.A, Brown N.L., Canning R.D. 1995. Predicting sexual experience in adolescent boys from peer acceptance and rejection during childhood.// Journal of Research in Adolescence, vol 5, pp.387-412

Mazur A. and Booth A. 1995. Testosterone and dominance in men //Behavioral and Brain Sciences, vol.21, N 3, pp.353-397

Wills T.A., Windle M., Cleary S.D., 1998. Temperament and novelty seeking in adolescent substance use… // Journal of Personality and Social Psychology, vol. 74, # 2, pp.387-406

Реклама

Single Post Navigation

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: